В памяти народа, как образец мужества

Амина Масаева

В истории кавказских народов всегда было много храбрых сынов, ставших примерами героических образов, веками формировавших у целых поколений горцев представление о добре и зле, о хорошем и плохом. Достойное место среди них занимают абреки. Их образ, несмотря на все попытки царских властей представить как злодеев, хранится в народной памяти и служит ярким примером борьбы за социальную справедливость.

Cудьба последнего чеченского абрека Хасухи, убитого сотрудниками КГБ в марте 1976 года, стала одной из самых ярких и трагических историй движения сопротивления.

Хасуха Магомадов родился в селении Гатен-Кале Шатойского района в мае 1905 года в многодетной семье простого горца. Одиннадцать детей Магомадовых росли, как и во всех горских семьях, без роскоши. Хасуха хотел учиться, и его отдали в обучение мулле. Мальчику нравилось учиться, он мечтал продолжить учебу в Грозном. Однако семья едва сводила концы с концами, и о дальнейшем образовании не могло быть и речи. Тогда Хасуха, зная арабский, начал изучать Коран и основы мусульманской религии. А так как он неплохо знал русский язык, местные органы власти нередко приглашали его в качестве переводчика. Так Хасуха стал свидетелем многих человеческих драм.

В конце 1930-х годов началась эпоха большого террора, усилились гонения на мулл и верующих. Одного за другим чекисты забирали известных, уважаемых людей. Без вести исчезали те, с кем Хасуха учился и кто его учил. Вся вина этих людей состояла лишь в том, что они были верующими, знали Коран и были духовными наставниками. Арестовывали по ложным доносам, обвинениям, сфабрикованным самими властями. Хасуха чувствовал, что рано или поздно придут и за ним, так как был почитаем верующими. Но он решил не сдаваться властям и в случае опасности уйти в абреки.

1939 год – начало всех бед и несчастий Хасухи. От его руки погибает односельчанин. Хасуху признали невиновным в шариатском суде – он перехватил руку нападавшего на него с кинжалом, и так случилось, что молодой человек упал на свой же кинжал. Простили Хасуху и родственники погибшего, согласившись с решением суда. Кровная месть была снята. Все обычаи горцев относительно кровника, хоть и прощенного, Хасуха соблюдал, как положено, всю жизнь. Он тяжело переживал трагическое происшествие: стал реже появляться в селе, чтобы не быть живым напоминанием об этой трагедии, старался обходить стороной родственников жертвы. Однако если родственники погибшего простили Хасуху, то представители власти, всегда искавшие повод покарать всякого, кто придерживался старинных обычаев, воспользовались этим случаем. Хасуху арестовали и увезли в грозненскую тюрьму. Там за короткий срок он испытал столько несправедливости, унижений и оскорблений, что до конца своих дней возненавидел власть и так называемых блюстителей и стражей закона. Он решил любыми путями вырваться на волю.

Говорят, как-то Хасуха спросил одного из охранников, можно ли убежать из этой тюрьмы. Тот ответил: «За сто с лишним лет отсюда удалось сбежать только одному человеку – абреку Зелимхану». «Значит, я буду вторым», – уверенно произнес Хасуха.

Через несколько дней Хасуха исполнил свой замысел. Он сумел разоружить охранника и с помощью этого оружия расчистить себе путь на волю. Выйдя за ворота, он бросился в Сунжу, на берегу которой находилась тюрьма. С тех пор Хасуха предпочитал скорее умереть, чем попасть в руки узаконенного беззакония.

На воле Хасуха присоединился к повстанческому отряду Хасана Исраилова. Это был героический человек, пылкий патриот, возглавивший вместе с Майрбеком Шериповым восстание против сталинщины и даже образовавший Временное правительство на подконтрольной повстанцам территории Чечни. Против них бросили специально обученные войска. Села, жители которых поддерживали восстание, уничтожали. Мятежники оказывали сопротивление карательным частям, но силы были слишком неравны. Повстанцам не хватало оружия и продуктов питания, к тому же они действовали разрозненными и малочисленными группами. Восстание было жестоко подавлено. В одном из боев погиб Хасан Исраилов. Когда чекисты возвращались в Грозный, Хасуха и его товарищи устроили засаду на горной дороге. Они уничтожили около двадцати карателей, многих ранили. На следующий день в горы была брошена чуть ли не целая дивизия, однако операция оказалась безрезультатной.

Находясь в постоянной опасности, на грани жизни и смерти, Хасуха научился быть осторожнее зверя: ухо его стало чутким, глаз – зорким, походка – неслышной, а интуиция – безупречной. Сама по себе смерть не пугала Хасуху. Но и отдавать без боя право свободно ходить по своей земле он не собирался. Конечно, ему хотелось жить иначе, ведь участи изгоя, скитальца не пожелаешь и врагу. Однако Хасуха стоически переносил невзгоды, считая, что на всё воля Аллаха. Верующий с детства, он всю жизнь, где бы ни находился – в лесу или в поле, в холод и зной молился, совершая намаз. Каждый раз во время намаза скиталец просил Аллаха простить его за грехи и не дать попасть живым в руки врага. Вера помогала, поддерживала. Однажды ночью ему приснился святой старец, который предупредил, что он окружен тройным кольцом. Но Хасуха спал. Святой вторично попытался разбудить его, настойчиво повторяя, что он окружен. Хасуха продолжал спать. Очнувшись, абрек увидел, что он действительно окружен. У него был один выход – броситься в глубокую пропасть. Надежды остаться в живых не было. Но лучше разбиться о камни, чем попасть в руки преследователей – было его решение. Всю оставшуюся жизнь он будет удивляться, как смог тогда выжить. Только помнил странное ощущение, будто его подхватили невидимые руки и опустили на землю, словно на крыльях. Тогда он отделался несколькими царапинами.

Хасуха помогал всем, с кем его сводила судьба. Однако не прощал тех, кто от его имени творил подлые дела. Однажды он встретил троих незнакомцев, гнавших отару овец. Хасуха знал, что отара принадлежит его приятелю, чабану-грузину. Абрек заставил незнакомцев признаться в краже. Оказалось, что они от его имени потребовали дать им двадцать баранов, но грузин не поверил им и отказался. Тогда они убили чабана и забрали отару, уверенные, что злодеяние «повиснет» на Хасухе. Абрек расстрелял всех троих. А овец, так как у убитого чабана семьи не было, раздал сиротам в одном из горных сел. И таких случаев в жизни Хасухи было немало.

«В доме у человека, где в ту ночь гостил Хасуха, как позже выяснилось, была установлена «прослушка», по которой передавались их разговоры, – вспоминал последние дни брата Джалмирза Магомадов в интервью газете «Чеченец». – Было раннее утро, едва светало, когда начальник районного отдела КГБ подполковник Г. Салько с группой чекистов подъехал к селу. Растревоженные собаки подняли дружный лай. Это насторожило Хасуху. Он вскочил, бросил быстрый взгляд туда, куда перед сном положил оружие. Увидев, что ни ружья, ни одежды нет, абрек все понял. Метнулся к окну. Двор был полон вооруженными людьми в офицерской форме. Хасуха схватил стул и выбил раму. Кто-то закинул в дом через разбитое окно дымовую шашку. Хасуха, накрыв подушкой, выбросил ее в окно. Через некоторое время, подумав, что с моим братом покончено, оперативники осторожно стали заходить в дом. Первым наповал, острым кинжалом Хасухи, был сражен полковник Салько. Затем Хасуха крикнул осаждавшим: «Кто двинется с места, будет убит!». Хасуха босиком, выбравшись из дома, бросился бежать. Перед ним был обрыв высотой с пятиэтажный дом, с которого он бросился вниз, сильно поранив тело. Рана начала гнить. Хасуха, почувствовав приближение смерти, попросил родственников по матери выкопать для него могилу на кладбище. Но и тут его выдали.

Когда Хасуха ползком добирался до кладбища, оперативники, выставив впереди себя цепь из детей, женщин и стариков, окружили его тройным кольцом. Они заставили людей бросать в Хасуху камнями. Он с мольбой обратился к людям, чтобы те этого не делали. Тогда «оперы» стали скатывать на него горящие шины, заодно освещая местность вокруг. Хасуха, у которого к тому моменту работала только одна правая рука, умудрялся отталкивать горящие шины и уклоняться от них. Последними словами его были: «Кто хочет жить, не подходите ко мне, я очень плохо вижу. Пока во мне теплится жизнь, я не сдамся никому. Не подходите!». Но были служаки, пожелавшие взять Хасуху живым. Один из таких желающих получил пулю и рухнул замертво. Через некоторое время, тут же на кладбище погиб и Хасуха. Более суток оперативники не смели подойти к трупу Хасухи. В него, уже мертвого, было выпущено более десятка пуль. После этого были вызваны мой старший и двоюродный братья, которые подтвердили смерть Хасухи. Даже тогда, уже трижды мертвого, изрешеченного пулями, Хасуху до смерти боялись бравые кгбешники, милиция и солдаты».

Хасуха Магомадов достойно прошел свой путь. Никогда не изменял своим принципам, не смалодушничал, не струсил, не предал. Поэтому по праву встал в ряд народных чеченских героев, таких как Шейх Мансур, Тайми Биболт, Байсангур, Зелимхан и навсегда останется в памяти народа, как образец мужества, смелости, стойкости, благородства.